The experience of medical support for the evacuation of the civilian population, children and adolescents across the Road of Life in 1941–1942

Full Text

В истории Великой Отечественной войны организация эвакуации населения Ленинграда в тяжелейших обстоятельствах 1941–1942 гг. имеет особое значение. Никогда еще в истории человечества не было примеров эвакуации миллионов людей на значительное расстояние в таких сложных условиях. 23 июня 1941 г. в Ленинграде и области было объявлено военное положение. Началом блокады считается захват немецкими войсками Шлиссельбурга и разрыв сухопутной связи Ленинграда со страной. В этот день на город было сброшено 6 327 зажигательных бомб (рис. 1).

 

Рис. 1. Дети в бомбоубежище

Fig. 1. Children in a bomb shelter

 

29 июня 1941 г. по решению Ленинградского горкома ВКП(б) началась эвакуация населения и матерей с детьми. 8 июля 1941 г. при Леноблсовете был создан отдел по эвакуации, во всех районах города были образованы эвакуационные комиссии. До 8 сентября 1941 г. из города было вывезено 219 690 детей. К этому дню в городе находилось 2 544 000 жителей. За весь период блокады из Ленинграда было эвакуировано 414 146 детей [1, 3, 6, 10]. В рассекреченном архивном документе «Отчет городской эвакуационной комиссии» от 26 апреля 1942 г. № 142 выделено два периода организации и проведения эвакуации: первый период — до начала блокады; второй период — во время блокады Ленинграда [1, 11].

Мероприятия первого периода были организованы с 29.06.1941 по 27.08.1941 и имели особенности: нежелание эвакуироваться из Ленинграда; много детей было эвакуировано в восточные и юго-восточные районы Ленинградской области — это привело к тому, что с продвижением немецких войск 175 400 детей были вынуждены вернуться в Ленинград. Всего за указанный период было эвакуировано 395 391 ребенок (рис. 2).

 

Рис. 2. Эвакуация детей из блокадного Ленинграда

Fig. 2. Evacuation of children from besieged Leningrad

 

Второй период эвакуации имел три пути: эвакуация водным транспортом через Ладожское озеро на Новую Ладогу, затем автомобильным транспортом до станции Волхов; эвакуация авиацией; эвакуация по ледовой дороге через Ладожское озеро. Еще с июля 1941 г. до установления немецкими войсками блокады Ленинграда эвакуация населения осуществлялась водным путем на баржах по Неве, Ладожскому озеру, Свири, Онежскому и Белому озерам, Рыбинскому водохранилищу. Сколько людей было перевезено этим маршрутом в данный период, установить не удалось. Путь был очень трудным, главным образом, из-за плохой организации питания. Многие страдали желудочно-кишечными расстройствами. В Череповце была оказана медицинская помощь 5028 эвакуируемым и снято с барж 128 умерших, из них 27 взрослых и 101 ребенок [2, 4, 7, 8].

Наряду с водными перевозками связь Ленинграда со страной была организована с помощью транспортной авиации. Для этого были привлечены Северная и Московская авиационные группы Гражданского воздушного флота СССР, авиация Ленинградского фронта и Балтийского флота. Кроме того, И.В. Сталин 9 ноября 1941 г. приказал выделить 24 самолета «Дуглас» и 10 ТБ-3 для перевозки в Ленинград продовольствия (не менее 200 т в день) и ценных грузов из Ленинграда дополнительно к работавшим на ленинградской линии 26 «Дугласам». Однако решить проблему снабжения города силами воздушного транспорта из-за недостатка самолетов не удалось. Наибольшее количество грузов было перевезено самолетами Московской авиагруппы, которые с 10 по 25 октября 1941 г. доставили в Ленинград более 6 тыс. т грузов, в том числе свыше 4300 т продовольствия и более 1270 т боеприпасов. Самолетами было вывезено 35 118 человек, из которых 18 158 — ленинградцы [1, 3, 6, 7, 9].

Подготовка к массовой эвакуации проводилась задолго до ее начала. Приказ командующего войсками Ленинградского фронта генерал-лейтенанта М.С. Хозина № 00172 «Об организации автотракторной дороги через Ладожское озеро» был подписан 19 ноября 1941 г. Обустройство трассы, строительство инфраструктуры должно было идти параллельно с запуском ледовой дороги (с 26 ноября 1941 г. приказом по тылу Ленинградского фронта ледовая дорога стала именоваться Военно-автомобильной дорогой № 101 (ВАД-101) [1]). 19 ноября 1941 г., в день подписания приказа о создании ледовой дороги, Военный совет Ленинградского фронта создал комиссию под руководством председателя Ленгорисполкома П.С. Попкова по эвакуации людей, на которую возложил заботу о ее средствах и способах, установлению контингента, количества и очередности эвакуации. Позже в Ленинграде были созданы 15 районных эвакуационных комиссий и 8 эвакопунктов — на Финляндском вокзале, в кинотеатре «Звездочка» на Ржевке, в Борисовой Гриве, Кобоне, Лаврово, Жихарево, Войбокало, Волхове (табл. 1) [1].

 

Таблица 1. Военно-санитарная эвакуация за период с 19 сентября 1941 г. по 12 апреля 1942 г.

Table 1. Military medical evacuation for the period from September 19, 1941 to April 12, 1942

Наименование транспорта / Name of transport	Период эвакуации / Evacuation period	Количество эвакуированных / Number of evacuees	Процент общего количества / Percentage of the total
На самолетах / On planes	19.09–25.12.1941	8313	18,3
На пароходах / On steamboats	01.10–05.11.1941	1716	3,8
На автомашинах / By car	18.01–12.04.1942	35279	77,9
Всего / Total		45308	100

 

По масштабам эвакуация превосходила все прочие перевозки из Ленинграда в тыл. С 23 января по постановлению Военного совета началась эвакуация населения по маршруту Ленинград – станция Борисова Грива. До Финляндского вокзала эвакуируемые добирались пешком. При эвакопункте на вокзале работал промтоварный магазин, в котором продавали теплые взрослые и детские вещи (лыжные костюмы, рейтузы, варежки, свитеры, шапки, одеяла, шарфы, носки и пр.). На каждом эвакопункте был организован медицинский пункт. А при эвакопунктах Борисова Грива, Кобона, Лаврово, Жихарево были развернуты детские приемники. Всего в медицинских пунктах Финляндского вокзала, Борисовой Гривы, Кобоны, Лаврово, Жихарево получили медицинскую помощь 33 521 человек, умерло 2394 человека, что составило 0,43 % эвакуированных. Детскими приемниками было подобрано 992 беспризорных ребенка и организованно направлены на эвакуацию. Железнодорожным транспортом от Финляндского вокзала до Борисовой Гривы перевезено 480 000 человек. Выехало попутным транспортом из Ленинграда 62 218 человек, пришло самостоятельно пешком на эвакопункт Борисова Грива 11 968 человек (табл. 2) [6–8]. Продолжительность движения поезда от Финляндского вокзала до ст. Борисова Грива (44,7 км) составляла: с 22.01 по 01.02.1942 — 31,7 ч; февраль — 30 ч; март — 15,7 ч; апрель — 13,7 ч.

 

Таблица 2. Общее количество эвакуированных по ледовой трассе

Table 2. The total number of evacuees along the ice track

Месяцы / Months	Число эвакуированных / Number of evacuees
	всего / total	на машинах военно-автомобильной дороги / by vehicles of the military highway	на машинах эвакопунктов и прочих / by cars of evacuation points and other
21–31.01.1942	11296	6813	4483
02.1942	117434	92029	25405
03.1942	221947	172617	49330
01–20.04.1942	103392	143602	19790
Итого / Total	514069	143602	99008

 

Время разгрузки эшелона на автотранспорт на ст. Борисова Грива: с 22.01 по 01.02.1942 — 12,9 ч; февраль — 12,2 ч; март — 5 ч; апрель — 5,2 ч. Средняя продолжительность движения от Финляндского вокзала до эвакопунктов Кобона, Жихарево, Лаврово составляло: январь — 44,6 ч; февраль — 42,2 ч; март — 20,7 ч; апрель — 19 ч.

Порядок и нормы питания эвакуируемых:

1. Каждый эвакуируемый получал по своей карточке норму хлеба на сутки вперед.
2. В эвакопункте Финляндского вокзала эвакуируемый получал горячий обед по норме: мяса — 75 г; крупы — 70 г; жиров — 40 г; муки — 20 г; овощей сухих — 20 г; хлеба — 150 г. Кроме того, получал в дорогу хлеба 1 кг. Если поезд задерживался в пути более 1,5 сут, в эвакопункте Борисова Грива эвакуируемый получал горячий обед. На эвакопунктах Кобона, Жихарево, Лаврово эвакуируемый получал горячий обед по указанной раскладке, 1 кг хлеба, 250 г печенья, 200 г мясопродуктов, а дети до 16 лет дополнительно по 1 плитке шоколада. На эвакопункте станции Волхов кормили эвакуированных обедом, с начала апреля, в связи с задержкой движения до Вологды, выдавали в дорогу по 1 кг хлеба. Последующие пункты питания были организованы на станциях Тихвин, Бабаево, Череповец, Вологда [3, 4, 6–8].

Работа эвакопунктов. Эвакопункт Финляндский вокзал отправил в эвакуацию 480 000 человек, кинотеатр «Звёздочка» — 6773 человека, Борисова Грива — 502 050 человек, Кобона — 138 644, Лаврово — 150 852, Жихарево — 194 838, Войбокало — 54 838, Волхов и Тихвин — 14 994. В первый период отмечено много недостатков в обслуживании эвакуируемых: вагоны, отправляемые с Финляндского вокзала, не отапливались; отмечалось длительное пребывание в пути до станции Борисова Грива (январь–февраль, до 30 ч); длительное время ожидания посадки на машины в Борисовой Гриве (январь–февраль, 12 ч).

В январе и первой половине февраля эвакопункты Финляндский вокзал, Борисова Грива и Жихарево работали плохо. Помещения были грязными, плохо отапливаемыми и плохо освещенными. Пищевые блоки были не подготовлены и не благоустроены. Все это отрицательно отражалось на эвакуируемом населении, только к середине февраля работа эвакопунктов была значительно улучшена. Людей перевозили в специальных эвакопоездах с отапливаемыми вагонами. В состав поезда включалось до 35 вагонов. В каждом эшелоне работали медицинские бригады в составе врача, фельдшера и двух санитаров. Поездами всего было перевезено 383 760 человек. Многие эвакуированные из Ленинграда отправлялись на автомашинах (рис. 3).

 

Рис. 3. Эвакуация по Дороге жизни

Fig. 3. Evacuation along the Road of Life

 

В Борисовой Гриве производилась пересадка на автомашины для перевозки по ледовой трассе. На перегоне Ленинград – Ваганово работало 6 санитарных «летучек» и 2 санитарных поезда. На перегонах Войбокало – Волхов и Войбокало – Тихвин работало 4 санитарных «летучки». Ежедневный контингент эвакуируемых больных и раненых постановлением Военного совета определялся в 800 человек. Эвакуации подлежали все больные и раненые, лечение которых требовало более 45 сут. Благодаря четкой организации ухода за эвакуированными в пути и в период перегрузки с одного вида транспорта на другой трудности переносились ранеными и больными сравнительно легко. В среднем разгрузка поезда на перегоне занимала 40–50 мин. За время перевозок не было ни одного случая обморожения больных и раненых [1, 6, 7].

Для медицинского обеспечения личного состава дороги и эвакуируемых, санитарного обслуживания водителей были приняты специальные меры. Во главе санитарной службы военно-автомобильной дороги был поставлен военврач 1-го ранга А.И. Спиридонов. Одновременно он был назначен начальником полевого эвакопункта. Для обслуживания эвакуируемых по трассе был выделен эвакоприемник. На трассу были направлены три подвижных полевых госпиталя, четыре эвакогоспиталя, учреждения Ленинградского городского и областного здравоохранения. Для приема в районе Ваганово в палатках было размещено два полевых подвижных госпиталя, каждый на 500 мест. В их задачу входило: разгрузка поездов, обогревание, питание и размещение больных из числа эвакуируемых. Дно автомашин накрывали соломой или хворостом. Больные закутывались в ватные одеяла. Эвакуируемых снабжали химическими грелками. Каждую автомашину сопровождали санитары. Машины шли группами по 2–3. В особых случаях разрешалась езда одиночной машины. На станции Войбокало было развернуто три эвакогоспиталя и эвакоприемник.

В навигацию 1942 г. водным путем по Ладоге продолжалась эвакуация населения Ленинграда. Постановлением Военного совета Ленинградского фронта от 18 мая 1942 г. было намечено эвакуировать 300 тыс. человек, главным образом женщин с двумя и более детьми, нетрудоспособных лиц, членов семей рабочих и служащих эвакуированных предприятий, военнослужащих, детей из детских домов, раненых, инвалидов. Первым днем эвакуации было назначено 25 мая [2, 8].

Порядок эвакуации был таким же, как и зимой при эвакуации населения по ледовой дороге. Начальным пунктом эвакуации был Финляндский вокзал, откуда эвакуируемое население перевозилось поездами до Борисовой Гривы. До 1 июня на вокзал подавалось по одному составу в сутки, а затем — по два. Со станции Борисова Грива ленинградцы на автомашинах доставлялись до мыса Осиновец или до пристани Каботажная, где пересаживались на водный транспорт. Через озеро людей перевозили мелкотоннажным самоходным флотом и отрядом транспортов Ладожской военной флотилии. Из Кобоно-Кареджского порта эвакуируемых перевозили железнодорожным транспортом в Вологду, Ярославль и Иваново, откуда они уже следовали в пункты назначения. На каждый эшелон назначались начальник, старшие по вагонам, врачи и медсестры, ответственные за обслуживание и доставку эвакуируемых до места назначения. При эвакуации населения предусматривалось питание в пути. При выезде из Ленинграда эвакуируемые сдавали по месту жительства или работы свои продуктовые и промтоварные карточки и взамен получали дорожные талоны и талоны на питание. Нормы питания несколько раз менялись, но на Финляндском вокзале, в Кобоне и Лаврово они получали обед и сухой паек [3, 6, 7, 11].

Для обслуживания ленинградцев кроме эвакопунктов на Финляндском вокзале, в Борисовой Гриве, Кобоне, Лаврово, Волховстрое за пределами Ленинградского фронта эвакопункты были созданы на станциях Тихвин, Вологда, Череповец, Бабаево. Летом 1942 г. эвакопункты представляли собой довольно солидные учреждения, способные обслуживать большой контингент эвакуируемых. Например, общий штат эвакопункта в Борисовой Гриве был доведен до 600 человек. Штат столовой насчитывал 70 человек, медпункта — 60, носильщиков — 180. Среди перевозимых по трассе сотен тысяч людей было значительное количество больных острыми желудочными заболеваниями, педикулезом, истощенных и т. п. Все это создавало благоприятные условия для развития вспышек желудочных заболеваний, тем более что в некоторых частях вспышки таких заболеваний имели место еще и до освоения трассы. Для борьбы с их развитием и предупреждения их распространения на трассу военно-автомобильной дороги были направлены представители санитарного управления фронта — врачи-эпидемиологи с задачей организации и проведения мер по оздоровлению воинских частей. Широко была проведена иммунизация против дизентерии по Безредке.

Подвоз продовольствия и хранения его на перевалочных базах и складах при этих условиях требовали организации особенно эффективного санитарного контроля. Неблагоприятная эпидемическая ситуация заставила Военно-санитарное управление Ленинградского фронта командировать на трассу две дезинфекционно-обмывочных бригады с четырьмя дезинфекционными камерами и двумя душевыми установками. Кроме того, для банного обеспечения трассы были установлены 10 уральских бань в пунктах: Ладожское озеро, Ваганово и Борисова Грива. При банях были построены камеры-вошебойки.

Особенно осложнилось эпидемическое состояние трассы с началом массовой эвакуации гражданского населения. 10 февраля 1942 г. Военный совет фронта вынес решение о формировании санитарно-контрольных пунктов и эпидемических отрядов, последние были сформированы и направлены в следующие пункты:

1. Санитарно-контрольный пункт № 1 на станции Волховстрой. На него был возложен санитарный контроль за приходящими из тыла страны пополнениями. За период с середины марта до 1 апреля 1942 г. было просмотрено около 100 эшелонов. Из них полной санитарной обработке подвергнуто 48 эшелонов, неблагополучных по педикулезу, карантинизировано 38 вагонов, неблагополучных по сыпному тифу.
2. Санитарно-контрольный пункт на станции Жихарево. Его задачей было обеспечение противоэпидемических мероприятий среди пополнения.
3. Санитарно-контрольный пункт на станции Борисова Грива. Он развернул свою работу значительно позже из-за отсутствия мощных средств санитарной обработки. После прибытия банно-прачечного поезда санитарно-контрольный пункт получил возможность проводить санитарную обработку эвакуируемых [1, 3, 6, 7, 11]. Работа санитарно-контрольного пункта на станции Борисова Грива была исключительна по своему масштабу: эвакуация гражданских началась 21 января 1942 г. В феврале было перевезено свыше 117 тыс. человек, общее количество по 20 апреля 1942 г. составило 514 тыс. человек. Принятые меры позволили перевезти людей и предотвратить опасность вспышки эпидемических заболеваний.

Всего за период навигации с 27 мая по 1 декабря 1942 г. из Ленинграда было эвакуировано 448 тыс. человек, из них более 389 тыс. ленинградцев и около 54 тыс. инвалидов Отечественной войны, командированных и населения Ленинградской области. Этим была завершена массовая эвакуация населения Ленинграда. Всего с начала блокады до конца 1942 г. на Большую землю было эвакуировано примерно 1 млн 100 тыс. человек, из которых 871 тыс. ленинградцев. Всего за время войны из Ленинграда в организованном порядке было вывезено около 1 млн 738 тыс. человек, из них 1 млн 360 тыс. ленинградцев [1, 2, 8, 11].

По статистическим данным, рождаемость составила: 1941 г. — 67 899 детей; 1942 г. — 12 659 детей; 1943 г. — 7775 детей. Смертность среди детей: 1941 г. — 114 872 (от нарушения питания 19 984); 1942 г. — 513 529 (от нарушения питания 256 386); 1943 г. — 21 493 (от нарушения питания 3239 человек). 25 декабря 1941 г. дети стали получать 200 г хлеба, 24 января 1942 г. — 250 г, 11 февраля — 300 г. Детская карточка в 1942 г. обеспечивала 684 ккал (с 12 лет «иждивенческая» карточка — 466 ккал). Для получения питания всех детей прикрепляли к молочной кухне при поликлинике. В 1942 г. 23 молочные кухни отпустили 24 641 991 порций; за один день выдавалось 59 470 порций. 19 января 1942 г. было открыто 30 столовых для 30 тыс. школьников 8–12 лет. Все ясли и детские сады зимой 1941/1942 г. были переведены на круглосуточное обслуживание детей. Число ребят, оставляемых матерями на сутки, доходило до 70 % [5, 10, 12].

В блокадном Ленинграде в связи с необходимостью принятия оперативных организационных решений Горздравотдел в 1942 г. ввел должность главного педиатра города. С 1942 по 1952 г. эту должность занимал профессор А.Ф. Тур (рис. 4).

 

Рис. 4. Александр Федорович Тур (1894–1974)

Fig. 4. Alexander F. Tur (1894–1974)

 

Совет Министров СССР установил должность главных педиатров территорий лишь через 10 лет специальным распоряжением от 28.04.1952. В конце 1942 г. была разработана методика работы объединенного детского медицинского учреждения на базе Ленинградского педиатрического медицинского института, детской консультации № 16 и детской поликлиники № 21 Свердловского района. С января 1943 г. были организованы курсы подготовки по системе единого педиатра, к июню 1943 г. их окончили 157 врачей. К 1944 г. все 36 поликлинических учреждений города работали по системе единого педиатра. Опыт работы детских поликлиник Ленинграда впоследствии стал достоянием всей страны [5]. Во время блокады у детей резко уменьшилась заболеваемость скарлатиной, коклюшем, исчезла корь, было мало случаев ветряной оспы, краснухи, эпидемического паротита. Заболеваемость дифтерией держалась на высоких цифрах. Частота колитов и дизентерии возросла. Туберкулез у детей с алиментарной дистрофией приводил к обширному и глубокому поражение всех органов. Острый аппендицит упал до нуля [5, 10, 12].

Приоритет при массовой эвакуации отдавали детям и подросткам — будущему страны. Благодаря спланированной работе во время эвакуации медицинскими работниками не было допущено массовых вспышек инфекционных заболеваний, максимально снижена летальность и обеспечена возможность восстановления нормального питания и жизни в районах эвакуации.

В ходе современных гибридных войн в наибольшей степени страдает именно мирное население. В последние годы пришлось столкнуться с проблемами массовой эвакуации мирного населения, в том числе детей и подростков, из районов обстрелов и боевых действий. Таким образом, опыт эвакуации во время Великой отечественной войны бесценен, его необходимо изучать и учитывать при военных конфликтах, организации медицинской помощи при стихийных бедствиях, особенно в городах такого масштаба.

Заключить статью мы хотели бы стихотворением Анны Андреевны Ахматовой, актуальным сейчас.

Мужество

Мы знаем, что ныне лежит на весах

И что совершается ныне.

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет.

Не страшно под пулями мертвыми лечь,

Не горько остаться без крова,

И мы сохраним тебя, русская речь,

Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,

И внукам дадим, и от плена спасем

Навеки.

А.А. Ахматова. 1942

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Источник финансирования. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования.

ADDITIONAL INFORMATION

Authors' contribution. Thereby, all authors made a substantial contribution to the conception of the study, acquisition, analysis, interpretation of data for the work, drafting and revising the article, final approval of the version to be published and agree to be accountable for all aspects of the study.

Competing interests. The authors declare that they have no competing interests.

Funding source. This study was not supported by any external sources of funding.

About the authors

Vadim G. Arsentev

Kirov Military Medical Academy

Author for correspondence.
Email: rainman63@mail.ru

MD, PhD, Dr. Sci. (Med.), Head of the Department of Children's Diseases

Russian Federation, Saint Petersburg

Anastasia A. Tsymbal

Kirov Military Medical Academy; K.A. Rauhfus St. Petersburg Children’s Municipal Multi-Specialty Clinical Center of High Medical Technology

Email: tsymbal.anastasi@gmail.com
SPIN-code: 7484-2225

Head of the Reception Department; Postgraduate Student

Russian Federation, Saint Petersburg; Saint Petersburg

Nikolai P. Shabalov

Kirov Military Medical Academy

Email: rainman63@mail.ru

MD, PhD, Dr. Sci. (Med.), Professor of the Department of Childhood Illness

Russian Federation, Saint Petersburg

Aleksandr N. Tsymbal

North-Western State Medical University named after I.I. Mechnikov; 442nd Military Clinical Hospital

Email: ats421@mail.ru

MD, PhD, Associate Professor of the Department of Mobilization Training of Healthcare and Disaster Medicine; Head of the Сonsultative and Diagnostic Polyclinic

Russian Federation, Saint Petersburg; Saint Petersburg

Sergey B. Kalyadin

Kirov Military Medical Academy

Email: s.kaliadin@yandex.ru
SPIN-code: 5549-0964

MD, PhD, Associate Professor, Department of Children's Diseases

Russian Federation, Saint Petersburg

Mariya A. Pakhomova

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: scrcenter@mail.ru
SPIN-code: 3168-2170

Senior Researcher, Research Center

Russian Federation, Saint Petersburg

References

Supplementary files