Инсективная символика в творчестве Б. Поплавского: цикады и кузнечики

В статье анализируется символика цикады/кузнечика в творчестве Бориса Поплавского в контексте культуры Античности и Серебряного века на материале лирики и прозы. Эти насекомые нередко понимаются как единый образ, в чем поэт следует античной традиции, образ цикады/кузнечика является лиминальным, медиатором между мирами, соединяя прошлое и настоящее, что позволяет пережить состояние гармонического единения со Вселенной, состояние природной первозданности. Цикада и кузнечик связаны с музыкой, но цикада в большей степени является аполлоническим существом, служительницей муз, чье пение раздается на фоне буколического летнего пейзажа. Если образ цикады тяготеет к полюсу аполлонического, то образ кузнечика, в том случае, когда они различаются, – к полюсу дионисийства, буйной творческой стихии, энергии вдохновения. Он превращается в фантастическое/ химерическое существо, зримое олицетворение инобытия (кузнечик среди гномов и эльфов, конь-автомобиль-кузнечик, кузнечик поезд). Особое явление представляет собой символизация звуков, которые производят цикада и кузнечик, как самодовлеющей силы, этот стрекот/рокот олицетворяет некий природный гул, грозную протомузыку вдохновения, над которой поэт не властен. Если единый образ этих насекомых в духе античности был знаком переживания целокупности бытия, их пение завораживало, но многократно усиленные пугающие звуки позволяют обрисовать «музу» поэта с чудовищными чертами гигантского насекомого, а творчество становится не только избранничеством, но и проклятием, в чем Б. Поплавский обнаруживает свою близость А. Блоку.

Б. Поплавский, символика цикады и кузнечика, аполлоническое, дионисийское, стихия творчества